Проблески

 

Всегда мыслить о Самом высшем,

стремиться к познанию сути –

это зовётся Знанием,

незнание – всё остальное.

Бхагавадгита

ИШАВАСЬЯ  УПАНИШАДА

 

Иша или Ишавасья упанишада, называемая так по её первым словам (подобно псалмам в христианстве) — одна из важнейших ведийских упанишад.

Перевод этого ведийского текста среди упанишад йоги может показаться выходящим за тематические рамки работы, однако на это есть свои основания. Во введении мы уже отмечали, что ведийская культура давно слилась с йоговской в неразрывное единство. Изучение и повторение священных текстов является одним из разделов нийамы восьмичленной Йога даршаны. Виденье цели и опора на авторитет необходимы для практики, ибо избавляют от ненужных метаний, сомнений, заблуждений и слепых столкновений. Последовательное осуществление йоги должно привести к совершенному всеобъемлющему Знанию, а без мировоззрения йоговские приёмы вырождаются до фокусничества, терапии или просто "для того, чтобы держаться в форме".

Также упоминалось, что "поздние" йоговские упанишады также относят себя к Ведам, чаще всего к Яджурведе и Атхарваведе, и следуют образцам ведийских и средних упанишад. Ишавасья упанишада, вероятно была идеальным образцом для таких “поздних” стихотворных упанишад как Амритабинду, Теджабинду и некоторых “мировоззренческих” частей больших по объёму упанишад, к которым со временем присоединялись технические детали.

Ишавасья упанишада составляет последнюю из 40 глав (adhyāya) Белой (śukla) Яджурведы, одной из брахманских школ Веды. Но в большинстве собраний и списков упанишад, включая и наиболее известное собрание Муктика, она стоит первой, почему иногда называется "Первой" упанишадой. Отчасти этот "титул" обусловлен её великим духовным значением, а отчасти — тем фактом, что это единственная упанишада, отдельно входящая в самхиту, что является причиной ещё одного её названия — Самхита упанишада.

Иша принадлежит к школе Ваджасанеи, т.е. последователей риши Яджнявалкьи Ваджасанеи. Первые 39 глав этой самхиты составляют мантры, связанные с жертвенными обрядами ново- и полнолуния (daśapūramasa), построения алтаря (agnicayana), царского посвящения (rājasūya), жертвоприношения коня (aśvamedha) и др.

Собрание Шукла Яджурведы, доныне сохранившейся в двух редакциях: Мадхьяндина и Канва, включает в свой состав два знаменитых текста. Это Шатапатха брахмана ("брахману ста путей") в 14 разделах, в которой приводятся многочисленные мифологические сюжеты  и толкования жертвенных обрядов, и завершающие их Брихадараньяка с одноименной важнейшей упанишадой. В традиционной классификации Шатапатхе брахмане и соответствует Иша, а пять её заключительных мантр — повтор стихов в основном, прозаической Брихадараньяки упанишады (5.15.1—4), которую современная наука считает одной из древнейших. Эти мантры и доныне используются при погребальных обрядах в индуизме и содержат молитву умирающего и провожающих его в один из двух путей — путь богов или путь предков. Второй половины ст.15 и первой ст.16 до слова "тот" (tat) нет в тексте самхиты. Но для традиционного мышления неважно, какая из упанишад цитируется в другой, главное — есть общая мировоззренческая основа — шрути, "услышанное" откровение, части которой являются та или иная самхита или упанишада. И хотя существуют различия текстов Ваджасанеи Самхиты и упанишады, истолкованной Шанкарачарьей (в рецензии самхиты Мадхъяндина порядок стихов 9—11 и 12—14 обратный), они незначительны, несмотря на многие столетия, прошедшие от её создания.

Стихотворные упанишады (особенно важнейшие) определяются ведийским преемством как мантра упанишады, а Ишавасья, одна из древнейших, называется мантра упанишадой особенно часто, так как и каждый её стих называется мантрой, что приравнивает её к гимнам самхит. Также отметим: её мантр 18 (священное число), столько же, сколько книг в Махабхарате, глав в Бхагавадгите и главных пуран.

Ишавасья, как последняя часть Яджурведы, как бы заключает её описанием Высшего Знания, Поэтому эту упанишаду многие учёные Востока и Запада считают семенем чистой индийской философии в целом, и веданты в частности, видя в ней развитие идей Высшей сущности, Парабрахмана, философии Брахмавидья и пр. Поэтому она известна ещё под именем Веданта упанишада.

Согласно Шанкарачарье, комментарий которого оказал огромное влияние на последующие толкования упанишады, Ишавасья описывает два пути стремящихся к истине: один для тех, кто привержен пути знания, а другой — для тех, кто не достиг ещё внутренней необходимости вступления на благородный путь совершенствования посредством отказа от желаний. Человеку знания (джняни), или первому типу, соответствует саньясин, свободный от выполнения всех жертвенных обрядов. Повтор выученных текстов упанишад, размышление над ними и созерцание истинной природы Атмана — единственные действия, занимающие его. Остальным же остается смириться с тем, что древние римляне выражали формулой "Прочь, непосвященные!". Столь резкая противоположность двух путей — знания и труда — многими позднейшими мыслителями (ярчайший из которых Рамануджа) смягчалась, и сейчас, пожалуй, преобладают толкования, примиряющие знание и действие как два вида духовного совершенствования: активный и пассивный, причем активный путь — это путь знания, а пассивный — действия.

Но различными течениями Веданты понимание Ишавасьи не ограничивается: эта упанишада авторитетна для всякой религии или философского учения, не отвергающих Веды.

Ишавасья является, пожалуй, самой известной, наиболее часто переводимой и комментируемой упанишадой и на Западе. Первый её перевод на английский был сделан в 1816 г. Известно, по крайней мере, три перевода на русский. Но вряд ли когда-нибудь наступит такой момент, когда можно будет честно заявить, что Ишавасья понята окончательно и её понимание соответствует тому смыслу, который прозревал её творец-риши.

Упанишада сложена на позднем ведийском языке. Из-за многозначности ведийского языка, из-за краткости и образности многих идей, заложенных в этой упанишаде, большинство её стихов весьма трудно столь же многозначно передать на другой язык, и различные её толкования иногда настолько удаляются от текста, что служат просто поводом для пропаганды своих взглядов (например, прозападного прабхупадовского кришнаизма).

Волей-неволей любой самый, казалось бы, дословный перевод и объективная трактовка будут преломлением — личностью, мировоззрением, временем и пр. некого истинного смысла упанишады, который и выражен словами, и как бы скрывается за ними. Не говорят ли мантры 9—10 упанишады об этом смысле, ином, чем ведомое, ином, чем неведомое? Надо признать, что это неизбежно и не торопиться объявлять то или иное понимание и истолкование её единственно верным, от какого бы почитаемого учителя оно ни исходило. По мере изучения упанишады становится яснее, что смысл её, выражаемый текстом, лежит где-то за границей логического понимания, а объяснения, которые ему придаются, являются отражением состояния сознания объясняющего.

Поэтому упражняющемуся в йоге было бы полезно время от времени читать упанишаду и размышлять над её содержанием. Смысл будет раскрываться постепенно, по мере духовного роста и становиться всё более ясным и своим.

 

В качестве предваряющего краткого изложения упанишады предлагается перевод с санскрита заключительного отрывка из комментария Сатьянанды Каулачарьи Бхашья бхумика, исполненный в традиционной манере.

"Первой мантрой о созданном Благом преходящем (мире) тебе поведано, так что не нужно кому-либо желать удовольствий или услад. Узнав это, самопознавший, Самого (Атмана) видя везде, делает дело, не запутанный этим делом, при жизни свободным бывает, знанием дела вражду в себе побеждает. Таково второй мантры содержание. В третьей мантре показаны, в противоположность самопознавшим, при жизни свободным, отрицатели (истины), люди-самоубийцы, которые в мире ином тотчас по смерти воплощение на земле получают, ужаснейший путь обретают, начиная с формы червя и мошки. После описания пути отрицателей, кратко изложена двойная сущность Самого (Атмана) — без свойств и со свойствами, все дела покрывающего. Пятой мантрой та двойная сущность шире раскрыта. В шестой и седьмой мантрах говорится о недвойственном видении и чистом сознании при жизни свободных самопознавших. В восьмой мантре рассказывается о самом горнем, выделяющимся безразличием к свойствам, той сущности мысли, что выступает как  Ишвара, джива и тело. С девятой по четырнадцатую мантру включительно говорится о двух состояниях очищения сознания малознающих, но не отрицающих (истины). Здесь в начале 9 и 12 мантр сказано, что "в слепую тьму попадают" удовлетворённые действием избегания действий, а не избегающие действий вновь возвращаются стезёй предков. В 11 и 14 мантрах говорится, что совмещающий знание и действие, наделённый лучшими свойствами, служащий Благу без желаний возвращается вновь стезёй богов. С 15 по 18 мантру включительно просьбой умирающего, идущего стезёй богов, показан высший путь познания Божества и понимания природы Самого (Атмана)".

 

 

 

ВЛАДЫКИ ПОКРОВОМ

 

 

ОМ! Полное То, полное это[1]. От полного полное берётся.

Полным полное прибывает, полное лишь остаётся.

ОМ! Покой! Покой! Покой!

 

 

 

1. ОМ! Владыки[2] покровом объято всё это [3] происходящее в происходящем (от него же)[4].

Так довольствуйся же отреченьем[5], не след домогаться какого-либо богатства[6].

 

2. Делающий  дела только здесь[7] (в этом мире), проживёт пусть сто лет[8],

только тебе нет (мира) другого, (кроме того, где) дело к человеку не липнет[9].

 

3. Буйных[10] зовут те уделы, слепою покрытые тьмой[11];

туда после смерти и следуют те люди-самоубийцы[12].

 

4. Недвижно, едино, мысли живее, дивными[13] недостижимо, первым ускользает[14],

стоя, бегущих иных оно обгоняет, Матёрый[15] в него возлияние[16] доставляет[17].

 

5. Оно движется, оно не движется, оно далеко, оно близко,

оно внутри этой вселенной, оно этой вселенной вовне[18].

 

6. Но кто все существа в Самом лишь видит,

и во всех существах — Самого, отсюда не отвращается.

 

7. Если все существа произвёл как бы Сам, нерождающий, —

какое здесь заблужденье? Какое горе у единовидящего?[19]

 

8. Он всюду простёрт — бестелесный, ясный, неранимый, без жил, не загрязнённый злом,

вещий, мыслящий, вездесущий, самосущий, кто, как должно, установил вещи на веки вечные[20].

 

9. В слепую тьму попадают, кто неведомое почитает ;

тогда — словно[21] в большую тьму, кто в ведомом[22] услаждался.

 

10. Сказано так: иное, (чем) ведомое, иное, (чем) неведомое —

вот слышанное от мудрых[23], что нам  разъяснили это.

 

11. Ведомое и неведомое — кто ведает вместе обоих,

неведомым смерть одолев, ведомым бессмертья[24] достигает.

 

12. В слепую тьму попадают, кто неявленное почитает.

Тогда, словно в большую тьму, — те, кто в явленном услаждался[25].

 

13. Сказано так: иное, (чем) явленное, иное, (чем) неявленное —

вот слышанное от мудрых, что нам разъяснили это[26].

 

14. Явленье и исчезновенье — кто знает вместе обоих,

исчезновеньем смерть одолев, явленьем бессмертия достигает[27]

 

15. Золотой чашей[28] закрыт истины лик[29],

(дабы) узреть То,  Ты[30], Пышный[31], открой (её) держащемуся истины!

 

16. Пышный, Единичный[32], Близнец, Солнце, Претворителя сын[33], распространи[34] лучи, увеличь блеск!

Этот твой облик прекраснейший, что (я) вижу, Первый сей — я[35].

 

17. Ветер неостановимый, бессмертный  теперь — эта плоть, что кончена пеплом[36];

ОМ! Вершитель, помни свершённое[37], помни! Вершитель, помни свершённое, помни!

 

18. О, Огонь![38] дивный, вехи ведающий! Проведи нас добрым путём к раю [39],

Отврати от нас уклоняющий грех[40]! Величайшую славу тебе воздадим!

 

 

ОМ! Полное То, полное это. От полного полное берётся,

полным полное прибывает, полное лишь остаётся.

ОМ! Покой! Покой! Покой!

 

 

ПОЯСНЕНИЯ

 

[1]Полное То, полное это ... Ишавасья и другие упанишады, принадлежащие к Белой Яджурведе, предваряются и заключаются Шанти мантрой (примерно "умиротворяющая мантра"), выражающей идею целостности и неразрывности всего сущего. В техническом языке Веданты слова То и Это имеют особые значения. "Это" (idam) обозначает проявленный мир, "То" (ada) — запредельный, непроявленный Брахман. Ради сохранения внутренней рифмы мантры при переводе произведена небольшая перестановка её частей, тем более, что в санскрите порядок слов в принципе свободный.

[2] Владыки ... īśa часто оставляется без перевода и индийскими комментаторами, хотя, как правило, они сходятся на том, что слово īśa имеет более персонифицированный оттенок, чем Атман или Брахман. Возьмём на себя смелость предположить, что следами этого древнего индоарийского слова являются в русском языке увеличительные суффиксы ища, ище; почётная прибавка к отчеству -ич, бывшая знаком отличия высших слоев российского общества вплоть до середины ХIХ в.; зафиксированное в источниках имя Иша, а также наиболее выродившиеся в просторечии до иронии слово "ишь!" в конструкциях типа "ишь, какой хитрый (храбрый, сильный и пр.)!"

[3] Покровом объято ... Согласно следующим Шанкаре комментариям словом "покровом" здесь обозначается мир, качественные изменения Природы  в противоположность Богу. Слово "объято" выражает мысль, что Владыка как запределен, так и имеет свойства. Всё (sarvam) — в индийской философии обозначает вселенную.

[4] Происходящее в происходящем (от него же)…  Совершенно необязательно понимать это выражение как утверждение существования личного Бога, творца мира. Тем более в ст. 7 Атман назван «нерождающим», а к словам «все существа произвёл» добавлено «как бы».

[5] Довольствуйся отречением ... Традиция утверждает, что этот стих относится к долгу саньясина. Отречение является средством Самосуществования, коим достигается изначально свойственное каждому блаженство. От саньясина требуется довольство самим отречением в противоположность мирским людям, довольствующимся удовлетворением желаний. Думается, это очень важное практическое указание, ибо многие, вступившие на путь совершенства, понимают отречение как разрыв всех связей и отказ от всех действий. Но такой насильственный и болезненный разрыв, не сопровождаемый радостью отреченья, ведет к срыву и обратному результату.

[6] Не след домогаться какого-либо богатства... На другом языке трудно передать "мерцающие" в сознании знающего санскрит смыслы этой части стиха. Из-за многозначности ведийских слов и близости их звучаний возможна такая сопутствующая цепочка значений: "не следует жадно потеть-волноваться сверканьем добра". Какого-либо ... Перевод А.Я.Сыркина "чужого" расходится с традиционным и, как кажется, снижает высочайшую философскую идею до уровня этического запрета "не воруй".

[7] Дела ... здесь... По Шанкаре первое полустишье относится к тем, кто не способен к полному отречению и погружению в Самого (Атмана) и потому должен почитать Его правильным трудом, которым можно достичь очищения ума и тем самым — заключительного знания. "Здесь" — обычное обозначение этого мира, в отличие от иного. "Дела" — по Шарвананде, имеются в виду, прежде всего, священные обязанности домохозяина, в частности, агнихотра (поддержание священного огня), но также все бескорыстные труды.

[8] 100 лет — полный срок человеческой жизни согласно Ведам.

[9] Не липнет (na... lipyate) Согласно некоторым комментаторам второе полустишье относится к пути действия без желания плодов, разработанного впоследствии Бхагавадгитой.

[10] Буйных ... (asuryā от глагола as, быть). В Ведах асуры ещё не совсем уж отрицательные сверхсущества, но, согласно комментаторам, отличаются привязанностью к чувственным наслаждениям.

[11] Слепою покрытые тьмой ... (см. также стихи 9 и 12). Имеется в виду тьма неведения в противоположность свету, даруемому Самоосуществлением, познанием Атмана.

[12] Самоубийцы ... Определение говорит не столько об убивших тело, сколько о тех, кто погубил Самость — сущность человека, Атмана. Такие духовные самоубийцы после смерти, согласно комментаторам, получают дурное воплощение.

[13] Дивными ... (devā). Шанкара истолковывает как чувства. Такому толкованию следуют и многие позднейшие комментаторы.

[14] Ускользает ... (arat). Другое значение слова "негибнущее".

[15] Матёрый ... mātariśvan — имя-эпитет Огня или Ветра, этимологии которого сильно разнятся в зависимости от принимаемой основы и деления слова: "(сын) матери-собаки", вероятно, с астральной символикой, или от индоевропейского *mataris — обозначение куска дерева или добывания жертвенного огня с символикой соития. (Этим переводом сделана попытка совместить оба смысла с максимальным приближением к звучанию ведийского слова). Толкователи считают, что это имя обозначает здесь вселенскую энергию — prāa или sūtrātman.

[16] Возлиянье ... (apas, ср. ap, вода). Часто толкуется как карма или дела людей.

[17] Вся эта мантра толкуется в том смысле, что Атман-Брахман одновременно имеет свойства (saguṇa) и без свойств (nirgua), выше понимания умом и чувствами и является начальной первопричиной и конечной целью всех деяний.

[18] Сочетание противоположных проявлений в описании Высшей Сущности имеет целью уничтожить труднопреодолимую разделённость проявленного мира и привести к целостности понимания. Этот стих ещё раз указывает, что Брахман одновременно со свойствами (sagua) и без свойств (nirgua).

[19] В стихах 6—7 говорится о достигшем Самого (Атмана) и описывается его психологическое состояние, на которое не влияют изменения системы "тело-сознание".

[20]. Свами Сатьянанда рассматривает эту мантру как описание переживания высочайшего состояния сознания или Атмана в самадхи, но, следуя Шанкаре, выделяет, в основном, негативные характеристики типа "не то, не то" (neti, neti). Сторонники паринама вады — теории действительного, а не мнимого возникновения мира из Брахмана — характеризуют последнего как позитивное, наделённое качествами и всеохватывающее (saprapañca) начало, отрицательные характеристики которого показывают отсутствие в Брахмане несовершенств, конечности и частичность, а не полноту его проявления и пр. Непредвзятый подход к тексту позволяет видеть в данном отрывке нерасчлененность позитивных и негативных явлений Высшей Сущности.

[21] Словно (iva) ... В некоторых комментариях, следующих Шанкаре, это слово не выделяется.

[22] Неведомое (avidyā), ведомое (vidyā). Некоторые комментаторы полагают, что vidyā значит здесь теоретическое знание о Брахмане, полученное изучением. Сатьянанда Каулачарья считает, что vidyā здесь — devatājñāna, знание божеств и обрядов, а avidyā карма, дела человеческие.

[23] Мудрых (dhīrānām) ... Ведийское dhīra включает в свое семантическое поле и понятия "сдержанный", "постоянный".

[24] Бессмертья (amta) ... Все комментаторы сходятся на том, что бессмертье — это познание или, что то же самое, осуществление Брахмана.

[25] Согласно Шанкаре неявленное (asambhūti) — это prakṛti или māyā, несознательная первопричина Вселенной в состоянии равновесия перед творением, sambhūti же означает hirayagarbha (золотое яйцо или золотой зародыш), первое проявление Брахмана. Оно известно и под другими именами brahma, karyābrahman, sūtrātman, и пр. Майя, игра или магия Брахмана, вызывает первое проявление Его (hirayagarbha) в начале цикла, а тот приводит во вращение всю Вселенную.

[26] Шанкара говорит, что результат почитания sambhūti или sambhāva (hiraṇyagarbha) — достижение восьми йоговских сил, а почитания asambhūti или asambhāva (отождествляемой с Природой) — растворение в природе, (которое Вивекананда считал величайшей опасностью для йогина).

[27] Интересно толкование этого стиха Уватачарьей. Он считает, что "явленное" (sambhūti) означает здесь Брахмана, причину всех творений, а "исчезновенье" (vināśa) — разрушимое тело. В целом, его понимание таково: йогин, знающий какБрахмана, так и тело, достигает бессмертья знанием Брахмана, преодолев смерть трудами, совершаемыми телом, которое само — производное знания. (См. Шарвананда, с.19).

[28] Золотой чашей (hiraṇmaeṇa pātrea). Перевод А.Я.Сыркина "золотым диском", как кажется, несколько уплощает поразительную объёмность и глубину выражения: в ведийском мировоззрении мир, скорее, сферичен, чем линеен. В слове hiraṇmaeṇa звуковое созвучие намекает на слово māyā — марево, иллюзия, магия.

[29] Истины лик ... Во многих ведийских упанишадах советуется размышлять о Брахмане в солнце, сердце и глазе, ибо эти места полагаются особыми проявлениями божественной силы.

[30] То — ты (tattvam). Последователи веданты, почитающие эту упанишаду как одну из главнейших, понимают это слово как tat + tvam, выражая этим идею тождественности Запредельного и личного, идею единства мира, лишь воображаемого множественным. В эпосе слово tattvam обозначает "То состояние", т.е. составной элемент мировоздания по аналогии с саттва (от sat — "сущее").

[31] Пышный (pūan от pūṣ — питаться, процветать, расти, пухнуть) — одно из имён-синонимов божества-производителя, покровителя стад и дорог, носящего также и солярные функции. К Пушану в Ригведе обращено 8 гимнов, по большей части в VI мандале. Даянанда Сарасвати переводит его имя как Питающий, Б.Л.Смирнов — как "Кормилец".

[32] Единичный... Интересно сопоставить ведийское слово ekari с производными от греч. "монарший" (eka — один). Перевод А.Я.Сыркина — "единственный риши". Традиционные комментаторы понимают как "единственный (небесный) конь" или его имя собственное. Возможна связь с сюжетом, по которому Белая Яджурведа была поведана Яджнявалкье солнцем, явившемся в виде коня, что, видимо, также связано со звёздной картиной.

[33] Солнце, Претворителя сын ... (sūrya prājapatya). Ср. в "Летописи временных лет": "Солнце, цесарь, сын Сварогов, еже есть Даждьбог".

[34] Распространи (vyūha) ... В позднейшей веданте теория вьюх (распространений, эманаций) стала использоваться для объяснения создания запредельным Брахманом проявленного мира.

[35] Первый сей — я (puruṣa so'ham). Из обширного смыслового поля ведийского purua для русского перевода выбрано значение, совмещающее в себе идею первенства, главенства (от pur — идти впереди, опережать, возглавлять) с частичной этимологической связью и созвучием, как кажется, отражёнными в древнерусском имени божества Перун, а также в английском и французском титуле "пэр". Обозначает мужское начало, ставшее в санкхье и основанной на её теории йоге Патанджали определением Чистого Разума, или если пытаться определить в понятиях христианства, "Духа". so'ham одна из наиболее известных мантр, постоянное произнесение и осмысление которой ведет к снятию разделённости объекта и субъекта.

[36] Ветер неостановимый ... пеплом. Т.е. после сожжения тела на кремационном костре, оно рассеивается в пространстве. Ср.: в русском переводе "Премудростей Соломона", 2.3 из рукописной библии Геннадия, 1499 г.: "Пепел будет тело наше, и дух излиется яко мяк<о>к аер и пройдёт живот наш яко стопы облака".

[37] Вершитель (krato), помни свершённое (kṛtam). Сатьянанда Каулачарья считает всю вторую строку санкальпой. Sakalpa (волевая установка, решение) — один из технических приёмов йоги, особенно йога нидры. Цель данной санкальпы — перенос сознания через забвение смерти к лучшему воплощению, а в идеале — к отсутствию таковых. (Ср. Бхагавадгита, 8, 6). Krata многими комментаторами понимается как ум.

[38] Огонь! (agne) ... Эта мантра точно соответствует первому стиху гимна Ригведы, обращенному к Агни (1, 189). Ею умирающий (или окружающие его) обращаются к Огню как избранному божеству (девата), которому приносятся жертвы с самого рождения и который доставляет жертвы Высшему Владыке, Ишваре.

[39] Добрым путём (supatha). Имеется в виду devayāna, стезя богов (или, иначе, arcimārga, дорога света) в отличие от pityāna, стези предков (или dhūmimārga, дымной дороги, дороги темноты). К раю (rāye). Древнее русское слово "рай" (если не связывать его с исключительно христианским мировоззрением) достаточно совпадает с ведийским по звучанию, значениям и контексту последних стихов упанишады. Чаще rāya переводится как "богатство", но такой перевод как бы противоречит содержанию первой мантры (впрочем, древнеиндийская мудрость успешно противоречия согласует).

[40] Уклоняющий грех (juhurāām eno). В словаре Моньер-Вильямса слово juhurāa понимается как синонимическое название луны (от глагола hvri — склонять, сгибать). Как кажется, это значение точнее, полнее и глубже смысла распространённого перевода "совращающий" или "обманчивый", так как приёмом дхвани намекает на представление упанишад, что уходящие из этого мира путём предков идут к луне, которая удерживает малознающих и заставляет их родиться вновь (см., например, Каушитаки уп., 1,2).